История сражения на берегах Волги изучена буквально по дням. Между тем и поныне остаются в сталинградской хронике белые пятна, и об одном из них – наш сегодняшний рассказ.

НЕЗАМЕТНЫЕ МОРЯКИ

Олег Дмитриевич Казачковский, ставший после войны лауреатом Ленинской премии, профессором, доктором физико-математических наук и заслуженным деятелем науки и техники РФ, в своих воспоминаниях о боях в Сталинграде рассказывал о подвиге морских пехотинцев:

«Большую роль в обороне Сталинграда сыграли морские пехотинцы. Моряки сражались особенно яростно.

О них ходили легенды, которые, думаю, были недалеки от истины. Говорили, например, о подвигах «отчаянной пятерки» – четырех ребят и одной девушки (как она попала к морякам – загадка). Незаметно подкрадываясь, они врывались в дома, вернее, в то, что от них осталось, и забрасывали немцев ручными гранатами. Рассказывали, что вместо гранат, когда их не хватало, они какимто образом приспособились бросать обычные 50миллиметровые мины от миномета. Поначалу, во всяком случае, этой пятерке везло – оставались невредимыми…»

Была ли в действительности пятерка лихих матросов-гранатометчиков, установить однозначно пока не удалось, возможно, это одна из сталинградских легенд.

А вот на вопрос, могли ли использоваться 50‑мм минометные мины в качестве ручных гранат, ответить можно утвердительно.

ГРАНАТЫ ИЗ НЕКОНДИЦИИ

Достаточно широко известен факт, что в годы Великой Отечественной войны из «некондиционных» корпусов 50‑мм минометных мин О-822А изготавливались ручные осколочные гранаты.

Для этого у мин удалялись стабилизаторы, а в качестве взрывателя использовали механические запалы Ковешникова для ручных гранат – такие гранаты из минометных мин еще носили название «суррогатного вооружения», то есть вооружения, которое не разработано, а приспособлено для выполнения каких‑либо боевых задач и только в военное время, при недостатке штатного вооружения.

Как, допустим, фугасы из 107‑мм, 122‑мм или 152‑мм артиллерийских снарядов или авиационные бомбы из снарядов среднего калибра, к которым приваривались стабилизаторы.

Вполне вероятно, что и 50‑мм минометные мины можно было использовать как ручные гранаты. Правда, для этого для начала необходимо взвести головной взрыватель. Это можно сделать, сильно ударив хвостовиком мины в вертикальном положении обо что‑то твердое.

Но тогда мина становится очень опасной в обращении.

Для срабатывания взрывателя мина должна обязательно ударяться о твердую поверхность…

Прочитать ещё

Большая часть этих рисунков выполнена карандашом, наспех, скупыми штрихами, передавая лишь самые характерные черты изображаемого лица. Их рисовали на передовой, в госпиталях, в партизанских отрядах. Капитана Федора Ильченко, который первым ворвался в штаб Паулюса в январе 1943 года, рисовали прямо там же, в подвале Центрального универмага, с натуры. Иногда эти карандашные рисунки становились последним прижизненным портретом человека. Так случилось с минером Василием Сонькиным – он погиб всего шесть дней спустя после того, как позировал фронтовому художнику в Сталинграде в январе 1943 года.
Он работал на Сталинградском тракторном – когда началась война, записался в истребительный батальон. Устанавливал мины и обезвреживал смертельный металл, взрывал вражеские коммуникации. Ходил в рейды в тыл противника. Защищал Сталинград, освобождал Крым и Севастополь, дошел до Пруссии. Сегодня Владимир Федорович Ананьев, несмотря на почтенный возраст, один из самых активных участников ветеранского движения региона.