Статьи: дневник Вани Безуглова

В свои 15 лет я не так остро ощущал драматичность происходящего. Часто воспринимал смену обстоятельств как игру. И только когда опасность реально нависала над семьей, я воспринимал ее наравне со всеми.
Появление фельдшера Кузьмы Ильича Папичева было неожиданным. После того, как он похоронил свою семью, его было не узнать: стал дряхлым стариком с шаркающей походкой. Белый воротничок рубашки стал серым, штанины пузырились на коленях. Он подошел, когда я набирал воду из ручья и, грубо оттолкнув, приказал вылить воду.
Однажды в полдень начался сильнейший артобстрел. Кажется, стреляли из всех видов оружия.Все ушли в дальний конец убежища, а мы с дедом остались у входа. Было страшно, но любопытно. Вдруг над головой послышался шум работающего двигателя.
Мне казалось, что я изучил, как и куда падают мины. Однажды услышал звук взорвавшейся мины, где-то у церкви, вторая попала в край оврага, и я решил, что третья угодит между ними. Не спеша вышел от сарая, как вдруг мина взорвалась на нашем гумне, и осколком долбануло чуть ниже правого глаза.
Вскоре наши соседи покинули свои жилища. У кого дом разрушило, кто двинулся в более безопасные места. Удивительно устроена психика человека. После первой бомбежки все были настолько подавлены, что никто и думать не хотел, как жить дальше. Но постепенно перед каждым встал этот вопрос.
В утро первой бомбардировки Сталинграда я проснулся поздно. Закусив бурелым, но таким вкусным арбузом, услышал непрерывный гул самолетов, а вскоре и грохот бомб. Мне показалось, что клубы дыма поднимаются там, где стоит наш дом, и бросился туда что есть мочи.
Когда началась Сталинградская битва, Ване Безуглову было 15 лет. Его отец ушёл на фронт ещё в начале войны, а Ваню оставил в семье за старшего. В августе 1942 года для семьи настало страшное время - бомбёжки, голод, вечный страх и наглый, беспощадный враг, который по-хозяйски рыскал по городу.