Наша газета в свое время рассказывала о дальних родственниках или даже потомках выдающихся наших соотечественников Пушкина, Лермонтова, Давыдова, участвовавших в Сталинградской битве. Удивляться этому особенно не приходится – через горнило великого сражения прошли сотни и сотни тысяч людей. Сегодня речь пойдет о потомке великого флотоводца адмирала Павла Нахимова – Петре ЗАЙОНЧКОВСКОМ.
Из кадровых офицеров

В мировой науке Петр Андреевич Зайончковский известен как выдающийся советский исследователь истории России ХIХ столетия, библиограф и публикатор архивных источников. Но сегодня нас прежде всего интересует его участие в Сталинградской битве. К сожалению, Петр Андреевич в своей напряженной работе до последних дней жизни не нашел времени для воспоминаний. Но в Научном архиве Института российской истории Российской академии наук хранится уникальный документ.

Это стенограмма его беседы с сотрудниками комиссии по истории Великой Отечественной войны Академии наук СССР (1942-1943 гг.).

Во время Сталинградской битвы капитан Зайончковский был старшим инструктором 7-го отделения политотдела 66-й армии, занимавшегося пропагандой среди солдат и офицеров противника.

Звукоусилительная установка в экспозиции Красногорского филиала Музея Победы – на такой работал П.Зайончковский на фронте

Потомственный дворянин, он родился в 1904 году в семье военного врача. В мае 43-го предельно откровенно рассказывал:

«...Моя бабушка была племянницей адмирала П. С. Нахимова. Я из кадровой офицерской семьи. Мой прадед за Бородино имел георгиевский крест, и я сам воспитывался три года в кадетском корпусе.

С самых детских лет воспитывался я на героике войны 1812 года. Я, например, помню с 6-7 лет всех героев войны 1812 года. Традиции семьи Нахимовых играли, конечно, большую роль. Сохранилось несколько писем, в частности, одно, написанное Нахимовым после Синопа дедушке. Я передал его в военно-исторический архив...»

По словам Петра Андреевича, его готовили к службе на флоте. Вначале он учился в 1-м Московском кадетском корпусе. Потом 1917 год, революция. 13-летний кадет плакал, когда приказали снять погоны... Он учился всегда заочно, семь лет работал на заводе строгальщиком, в 31-м вступил в ВКП(б). В 37-м окончил институт, в 40-м защитил диссертацию.

Пропагандисты Красной армии ведут устную агитацию при помощи окопной громкоговорящей установки
  Имея бронь, ушел на фронт

Началась Великая Отечественная война. Как кандидат наук Зайончковский освобождался от призыва в армию. Но русский патриот, воспитанный на традициях семьи Нахимова, не смог оставаться в тылу. Вот как сам он рассказывал:

«...3 июля мы вступили в ополчение. Пробыли несколько дней, наш полк до особого распоряжения отпустили. Потом посылают меня в службу ВНОС. Не-
ужели я не способен на что-нибудь большее, чем сидеть на дереве и смотреть, летит ли самолет.

Мне не повезло, попал в политуправление СИБВО. Кандидат наук – будете лектором. Пробыл три месяца лектором.

Я начальнику полит­управления поставил вопрос: или меня демобилизуйте, или отправьте на фронт… Вследствие того что происходило формирование в это время частей, я был назначен инструктором по работе среди войск противника 315-й стрелковой дивизии, с которой мы и выехали в гор. Камышин Сталинградской области, войдя в состав 8-й резервной армии...»

Советский рупорист ведет устную агитацию на немецком языке.
  С рупором дальше передовой

О том, чем в Сталинграде занимался старший инструктор 7-го отделения политотдела 66-й армии Зайончковский, написано в январе 43-го в наградном листе к ордену Красной Звезды:

«...Организуя в дивизиях устную агитацию и пропаганду среди войск противника, тов. ЗАЙОНЧКОВСКИЙ много раз с опасностью для жизни выступал сам в качестве диктора и рупориста непосредственно на передовых позициях на расстоянии 70-100 метров от окопов противника под прицельным ружейно-пулеметным огнем.

…Тов. ЗАЙОНЧКОВСКИЙ организовал 22.9.42 г., впервые в нашей армии, радиопередачи для войск противника через киноустановку и затем распространил этот опыт по дивизиям… Благодаря самоотверженной работе тов. ЗАЙОНЧКОВСКОГО значительно увеличился размах устного вещания среди войск противника, особенно в январе, в дни боевых операций по разгрому окруженной под Сталинградом немецкой группировки...»

Здесь надо внести небольшое уточнение. Вещание на противника в Сталинграде велось с помощью звукоусилительной установки. Чтобы организовать вещание на противника, приходилось выползать из окопа на минимально близкое расстояние до переднего края немцев.

6 декабря 1943 года майор Зайончковский при выполнении очередного задания был тяжело ранен на переднем крае. После госпиталя его комиссовали. На фронте к ордену Красной Звезды еще прибавился и орден Отечественной войны II  степени.

В 1944 году он вернулся к научной работе. Почти за 40 лет им написано восемь монографий по истории России ХIХ столетия. Они не потеряли своей актуальности до сих пор.

Понравился материал? Поделитесь с друзьями!

Прочитать ещё

Несколько лет назад, когда Ольга Ширнина только попала в международное сообщество колористов, ее поразило отсутствие среди работ «русской темы» –ее коллеги раскрашивали американские, немецкие, французские военные фотографии, а советских фотографий среди них не было вообще. Тогда Ольга решила восполнить пробел и начала колоризировать снимки времен Великой Отечественной войны. Первые же ее «раскраски» солдат Красной армии вызвали шквал негодования среди иностранцев, удивительно, но некоторые даже требовали, чтобы она «прекратила красную пропаганду»! Ничуть не лучше встретили её работы и на «нашей» стороне – жесткая критика, требования «прекратить безобразие» от людей, которые в принципе не приемлют колоризацию, и бесконечные придирки от «специалистов», пристрастно выискивающих недочеты в деталях советской униформы и амуниции. Однако большинству простых читателей эти работы понравились, люди отмечают бережную работу колориста с деталями и общее «живое» впечатление от фотографий, которые мы привыкли видеть в черно-белых тонах. Мы предлагаем вам посмотреть работы Ольги Ширниной и самостоятельно их оценить.
Сталинградская битва стала началом коренного перелома в ходе Великой Отечественной войны. Но был и еще один особый перелом после сражения на Волге – в массовом сознании немецких военнопленных.