Силы Сопротивления в Бухенвальде формировались едва ли не с самого начала существования этой «фабрики смерти» в 1937 году. Импульс подпольной деятельности придали советские военнопленные, первые тысячи которых появились в Бухенвальде в самом начале осени 1941‑го. Движение Сопротивления крепло, несмотря на жесточайший режим содержания заключенных и зверства фашистов…

Каторжный труд

Иван Иванович Смирнов, один из руководителей восстания в Бухенвальде, так вспоминал первые дни своего пребывания в лагере:

«...Распорядитель, сбросив куртку, ловко орудует машинкой для стрижки. Раз – и половина головы голая, два – и вторая половина готова. А посередине остается гребешок. Какое уродство! Говорят, что это «мода» Бухенвальда.

…Строй должен быть безукоризненным, а гребешки посередине головы должны составлять одну прямую. Горе тебе, если отклонишься хоть на сантиметр. Блокфюрер выхватит из рядов и будет бить по голове палкой.

На этих днях за неточность поплатился один парень: блокфюрер так стукнул его по лицу, что выбил глаз…»

Но это, как говорится, были еще цветочки. Ягодки же для вновь прибывших в лагерь множились изо дня в день… Во-первых, их ждал каторжный, как правило, исключительно ручной труд по 12‑14 часов в день.

Многие узники были заняты на каменоломне, только в середине 1943го здесь установили механическую лебедку и камнедробилку. Но обтесывали и шлифовали камни вручную.

Ненамного легче был труд узников из других рабочих команд.

Взамен заключенные получали, по сути, голодный паек – в день этот «рацион» тянул на 750‑800 калорий, а для восстановления сил требовалось не менее 4000…

При этом за малейшую провинность урезали или вообще лишали этого скудного пайка. Смерть от истощения была обыденной в Бухенвальде, как, впрочем, и в других концлагерях.

Не стоит забывать, что в лагерь попадали люди с уже подорванным здоровьем, многие умирали еще на карантине.

В Бухенвальд попали 25 000 советских граждан, в основном военнопленные, из них уцелели 5000. Всего же через лагерь прошли 250 000 человек, погибли здесь почти 60 000 узников.

Эту картину народный художник СССР Михаил Савицкий назвал «Поющие лошади» (слева). Один из бараков концлагеря.

«Поющие лошади»

В мемориальном комплексе «Бухенвальд» – он создан в 1958 году, есть площадка, на которой врыт столб из засохшего дерева, рядом стоят деревянная повозка и ручной каток для трамбовки камня. Это макеты. Но такие же были в лагере.

Первый комендант Бухенвальда Карл Кох придумал «забаву», вскоре прозванную «поющие лошади». Узники должны были тащить скорым шагом тяжеленную телегу с камнями и при этом петь бодрые песенки.

Охранники же подгоняли впряженных людей плетьми. Печальная участь ждала тех, кто не умел петь или делал это негромко. Нередко для таких дело кончалось виселицей.

То же самое проделывали и с теми, кто работал с катком. Вообще, этот способ унижения и издевательства над людьми был в Бухенвальде, что называется, в ходу. Команды, занятые уборкой трупов с территории лагеря, например,тоже вывозили их на телегах с песнями.

Были и еще «поющие лошади» – малолетние узники: надзиратели-эсэсовцы усаживались в повозку и заставляли детей ее катать по лагерю с песнями…

Ростомер для убийства заключенных Бухенвальда и потайная комната, откуда производился выстрел.

Смертельный ростомер

Каждодневное существование узников Бухенвальда – постоянное ожидание смерти. Николай Федорович Кюнг, один из руководителей восстания узников Бухенвальда, вспоминал:

«...Палачи поистине состязались между собой в изобретении новых, невообразимых пыток и издевательств над заключенными.

Подвешивание за руки являлось весьма распространенной формой наказания.

С выкрученными назад руками заключенные висели по нескольку часов. Эсэсовцы ударами стеков и бичей раскачивали висящего мученика. Наказание превращалось в казнь. Если же человек выживал, то становился калекой, а с такими не церемонились и отправляли в крематорий.

Смерть, смерть, смерть, она ждала узника каждую секунду, на каждом шагу. На аппельплаце – лагерной площади – перед строем заключенных устраивались демонстративные казни через повешение. Бывало, что на глазах тысяч людей эсэсовцы натравляли овчарок на избранную ими жертву, и собаки разрывали несчастного в клочья…»

Самые «утонченные» методы убийства были нормой в Бухенвальде.

Вот только один из них. Недалеко от лагерных ворот, в бывшей конюшне, вершились расправы, наводившие ужас даже на тех, кто уже многое пережил в фашистских застенках.

Обреченных приводили сюда якобы для медосвидетельствования. Помещение походило на больничное, «врач» расспрашивал узника, на что тот жалуется, какие недуги перенес в детстве, чем болели родители, ответы заносили в журнал.

А потом в другой «больничной» комнате, правда, с полом, усыпанным опилками, узника подводили к ростомеру, стоящему в углу у самой стены.

Когда «врач» опускал к его затылку подвижную планку, раздавался выстрел – в подвижную часть измерителя роста был вмонтирован пистолет, за стеной у прорези сидел эсэсовец, онто и нажимал на курок, когда планка доходила до затылка узника…

Таким способом в конюшне фашисты уничтожили только советских военнопленных более 7000 человек.

В Бухенвальде узники становились подопытными в медицинских экспериментах.

Опыты над людьми

По приказу Гиммлера в 1941 году в Бухенвальде создали так называемый «гигиенический институт».

На самом деле в лагерном блоке № 46 проводили опыты над живыми людьми.Руководил ими эсэсовец Шулле.

«Исследования» – в строжайшей тайне – велись по заявкам Берлинской военно-медицинской и других академий гитлеровской армии и других организаций.

В частности, проводились опыты, причем в широком масштабе для создания вакцины против сыпного тифа: узнику вводили кровь сыпнотифозного больного и наблюдали за реакцией организма.

У тех, кто перенес заболевание без всяких осложнений, брали по литру крови, из которой в спецлабораториях делалась сыворотка для немцев. Остальных подопытных попросту умерщвляли.

В 1944 году в одном из лагерных помещений нашли мертвым эсэсовца Кохлера – подозрение пало на врача Ховена, якобы давшего какие-то пилюли, но он все отрицал.

3 советских военнопленных заставили принять дозу в 10 раз большую, чем та, которую Ховен якобы дал Кохлеру. Несколько часов они мучились в тяжелых конвульсиях, но выжили. Ховена признали невиновным, а заключенные, выдержавшие эксперимент, через несколько дней были уничтожены…

ДОСЬЕ «СТАЛИНГРАДСКОЙ ПРАВДЫ»

Абажур из человеческой кожи, сделанный по заказу фрау Ильзы.

Монстры Бухенвальда: Карл Кох и его фрау Абажур

Бухенвальд формально не относился к лагерям смерти, это было, если так можно сказать, «капиталистическое предприятие», устроенное на рабском труде пленников: в него входили еще 60 филиалов, в том числе подземные военные заводы. Но именно в Бухенвальде издевательства над заключенными приобрели изощренный размах. Здесь служил комендантом Карл Кох – со своей женой Ильзой они творили чудовищные вещи.

Кох в 1934‑м стал комендантом концлагеря в Лихтенбурге, в 1936‑м – концлагеря Заксенхаузен, в котором, кроме всего прочего, проходили подготовку и переподготовку офицеры СС для гитлеровских лагерей; и в 1937‑м возглавил Бухенвальд. В последнем на его письменном столе стояла засушенная голова узника.

Приведем свидетельство советского узника Николая Кюнга: «...В специальном помещении крематория особым способом засушивали головы убитых до размеров большого кулака. Там же заспиртовывали отдельные внутренние органы, которые в дальнейшем использовали как «наглядное пособие» для обучения гитлеровских медиков. В одной из банок хранилось сердце заключенного, пробитое пулей. За этот меткий выстрел, сделанный с большого расстояния, убийце был предоставлен отпуск на три дня…»

Но то, что вытворяла его супруга, затмевает, пожалуй, самые чудовищные издевательства за всю историю человечества. Ильза Келлер родилась в семье рабочего. В юности была библиотекарем. В 1932‑м вступила в НСДАП, в 1934‑м познакомилась с Кохом. Он‑то и пристроил ее в 1936‑м в Заксенхаузен – сначала секретарем, затем – охранницей. В том же году они поженились.

В 1937‑м семья «переехала» в Бухенвальд, в 1941‑м Ильза стала работать в нем старшей надзирательницей среди женщин-охранников (хотя этот концлагерь считался «мужским»). Уже только одни прозвища, которыми узники называли меж собой Ильзу Кох, говорят сами за себя: бухенвальдская ведьма, вдова мясника, бухенвальдская сука, фрау Абажур.

Была у нее особая страсть – к вещам из татуированной кожи заключенных. За узниками с наколками она буквально охотилась. Бывало, что только поступившего в лагерь и приглянувшегося Ильзе убивали на 2-3-й день. Подкупленные врачи давали заключение: умер от инфаркта.

Человеческие останки  и артефакты из Бухенвальда – их показывали на Нюрнбергском процессе.

А коллекция Бухенвальдской ведьмы вскоре пополнялась вещицей из кожи узника – вплоть до нижнего белья. И это не было тайной: Ильза охотно демонстрировала «новинки» женам эсэсовцев. Кличку фрау Абажур ей дали за то, что из кожи заключенных для нее делали абажуры для настольных ламп…

Но «карьера» семейки закончилась вовсе не из‑за их патологической жестокости. Парочка попросту воровала ценности: золотые зубы, серьги и кольца узников. В 1943‑м их арестовали. Кох был казнен в апреле 45-го, а жену оправдали. После войны фрау Абажур судил американский военный трибунал, но генерал Клей, комендант американской зоны оккупации в Германии, решил... выпустить ее на свободу. Это вызвало волну возмущения.

Кох арестовали, приговорив к пожизненному заключению. 1 сентября 1967 года она повесилась в камере, незадолго до этого якобы жалуясь на галлюцинации: мертвые узники Бухенвальда приходили к ней сквозь стены и требовали вернуть свою кожу...

Понравился материал? Поделитесь с друзьями!

Прочитать ещё

В 16 лет наша землячка Тоня Морозова стала медсестрой в военном инфекционном госпитале № 851, расположенном недалеко от ее родного села Писаревка Фроловского района. Впоследствии ей пришлось пройти фронтовыми дорогами и Белоруссию, и Украину, и Польшу, и Германию... И даже оставить свой автограф на стене Рейхстага в Берлине в победном 45-м году.
В 1942 году на вооружение Красной Армии поступила граната РГ-42 конструкции Сергея Коршунова. Граната сразу полюбилась бойцам Красной Армии в дни битвы на Волге и получила прозвище «сталинградка».