В Российском государственном архиве кинофотодокументов есть фото: «Советские артиллеристы из расчета сержанта Бардадымова ведут обстрел вражеских дзотов на окраине Сталинграда из 152‑мм гаубицы-пушки МЛ-20 образца 1937 года». Сделано оно в декабре 42‑го кинооператором Абрамом Кричевским.

Фамилия Бардадымов довольно редкая. К примеру, на сайте Министерства обороны России «Подвиг народа» есть всего 58 документов о награждении военнослужащих с такой фамилией орденами Отечественной войны в военные годы. И еще 19 Бардадымовых получили эту награду  в 1985-м по случаю 40‑летия Победы.

Скорее всего, командовал расчетом орудия в Сталинграде сержант Николай Евдокимович Бардадымов 1912 года рождения. В Красную Армию он был призван 3 июля 1941 года Красноармейским РВК Краснодарского края. На фронт попал именно в район Сталинграда.

24 мая 1945 года орудийный номер 2‑й батареи 1‑го дивизиона 147‑й армейской пушечной Речицко-Рогачевской Краснознаменной, ордена Суворова и ордена Александра Невского бригады был награжден медалью «За отвагу».

Кстати, 147‑я пушечная артиллерийская бригада была сформирована в 1944 году из двух пушечных артиллерийских полков – 554‑го и 1168‑го. Именно 1168‑й пушечный артиллерийский полк РГК участвовал в Сталинградской битве с октября 1942 года по  2 февраля 1943-го.

Согласно наградному  листу сержант Николай Бардадымов  прошел всю войну до самой Победы и не был ни разу  ни контужен, ни ранен – редчайший случай.

Воевал на Сталинградском и Центральном фронтах. Боевой путь закончил на Белорусском фронте 9 мая 1945 года.

Прочитать ещё

Много ярких событий было в жизни волгоградца, ветерана вой­ны, труда и Вооруженных Сил Михаила ТОЛОКОВОГО. В пору Карибского кризиса, в 1962 году, он служил на Кубе, был награжден медалью «За мужество». А во время Великой Отечественной, рискуя жизнью, помогал партизанам. Его воспоминания записал Александр ЛИТВИНОВ.
В 1943 году немецкому военному корреспонденту Хейнцу Шрётеру поступил заказ от отдела пропаганды на книгу о Сталинграде. Предполагалось, что он покажет «жертву» 6-й немецкой армии как дань уважения оставшимся там навсегда солдатам вермахта. По такому случаю Шрётер был допущен в военные ведомства и министерства для сбора информации, начальство охотно отвечало на его вопросы и предоставляло нужные документы.