Утром 4 августа 1942 года самолет будущего маршала Советского Союза приземлился в аэропорту Сталинграда. Температура воздуха на тот момент была уже 30 градусов по Цельсию. Свеженазначенного командующего Юго-Восточным фронтом никто в то утро не встречал, кроме шофера, который должен был отвезти его в штаб.

Да и не до торжественных встреч было в тот момент – обстановка на фронте была тревожной, общее настроение в войсках, несмотря на усилия командиров – упадническим. Враг накатывался железным катком, заставляя наши части практически непрерывно отступать – 7 августа 1942 года гитлеровские войска находились уже в  30 километрах от Сталинграда.

Необходимо было поднять боевой дух советских бойцов и именно с этого начал новый командующий фронтом Андрей Иванович Ерёменко. В своем приказе № 1 от 07.08.1942 он не ставил перед действующей армией конкретных боевых задач – он пытался донести до бойцов необходимость во что бы то ни стало остановить врага:

«Основная наша задача — разбить врага, рвущегося к Сталинграду и отбросить фашистские орды за пределы нашей Родины».

Амбициозная задача, учитывая положение СССР на тот момент – на краю катастрофы. Речь тогда вообще не шла о том, чтобы отбросить противника «за пределы нашей Родины», на тот момент он был ещё слишком силен, ведь ещё не было победы в Сталинградской битве и на Курской дуге.

Именно поэтому приказ нового командующего у многих вызывал лишь горькую саркастическую улыбку – к чему этот пафос, товарищ Ерёменко? Но автор приказа, внешне похожий на простоватого сельского жителя, не убоялся высокого стиля, чтобы пробудить в войсках боевой патриотический дух:

«Товарищи!

Обращаюсь к Вам, боевые соратники, — бойцы, командиры и политработники; к Вам, братья по плоти и крови, — русские, украинцы, белорусы, грузины, армяне и люди других национальностей;  к Вам, братья по нашему отечеству, по боевому сотрудничеству.

Обращаюсь к Вам с призывом и приказом. Ненавистные и озверелые орды фашизма залили кровью оккупированные области, они залили кровью и слезами наших матерей, отцов, детей, братьев и сестер. Реки пролито крови и слез; столько пролито невинной крови и слез, что в них можно утопить всех гитлеровских кровожадных бандитов. Гитлеровские бандиты опозорили и обесчестили наших девушек и жен. Зверски избивают и уничтожают наш народ.

Товарищи! Кровью обливается сердце, когда вспоминаешь эти зверства. Мы — бойцы, — защитники Великой Родины, не можем больше терпеть этого издевательства над нашим народом. Со всей злобой и ненавистью мы будем уничтожать заклятого врага. В сражениях под Сталинградом положим начало конца истреблению гитлеризма. Слава нашим героям, бойцам, командирам и политработникам, храбро сражающимся за нашу Великую Родину.

Пусть скажут о каждом из нас, что он был в Великом сражении под Сталинградом. Ни шагу назад, таков приказ народа, таков приказ Сталина».

По указанию Ерёменко приказ № 1 зачитали во всех частях – ротах, эскадронах, батареях и командах. И, несмотря на ироничное хмыканье некоторых штабистов, это сработало – войска под управлением нового командующего фронтов воспряли духом.

Иначе как можно объяснить тот факт, что армия под командованием Ерёменко потом ещё четыре месяца сдерживала наступление противника, а  в ноябре 1942 года, в ходе контрнаступления, прорвала вражескую оборону, замкнув немецкую армию в смертельном «кольце». 

Понравился материал? Поделитесь с друзьями!

Прочитать ещё

Это письмо пришло к нам из станицы Днепровской Тимашевского района Краснодарского края. Сын рассказал об отце, Дмитрии Гавриловиче Шкарбаненко, защитнике Сталинграда. И посвятил ему свои стихи.
Когда в сентябре 1942 года фашисты вошли в Сталинград, Володе Паненко было всего 17 лет. Его семья, жившая тогда на Дар-горе, сильно пострадала от зверств оккупантов - бабушку закололи штыками, а сестра покончила с собой, не выдержав издевательств. Парнишка прибился к одной из советских воинских частей и помогал санинструкторам, чем мог. Лишь в январе 1943 года его официально зачислили в действующую армию.