Летом 2020-го Галине Алексеевне Марказиновой исполнится 92 года. А тогда, в 41-м, ей было 13. Во время бомбежки Сталинграда она потеряла двух братьев и сестру, попала с мамой в плен. Вернувшись в Сталинград, с тремя такими же школьницами вытаскивала из-под завалов мертвых, грузила тела на телегу и вывозила за город хоронить... «Сама себе порой не верю – неужто я сквозь все это прошла...» – плачет Галина Алексеевна.

Огненный ад

Война для нее началась с... дня рождения.

 – Помню, 21 июня мы отмечали с родными день моего рождения, а на следующее утро услышали весть о войне, – рассказывает Галина Алексеевна, которая тогда была 13-летней ученицей, окончившей 6-й класс в сталинградской школе № 7.

Жила семья Марказиновых неподалеку от Мамаева кургана, на третьей группе бывшей Сталинградской нефтебазы. Отец Алексей Михайлович работал главным инженером нефтебазы, мать Анна Ивановна – поваром в детском саду.

Галине Алексеевне в июне этого года исполнится 92 года.

Глава семьи сразу ушел на фронт, мама осталась с четырьмя детьми. Галина – самая младшая. На ее глазах погибли оба брата и сестра. Ад начался 23 августа 1942-го. Недалеко от дома Марказиновых стояла батарея зенитчиков. По соседству были блиндажи, в которых местные жители прятались от бомб.

– Брата Володю на третий день бомбежки убило, – плачет Галина Алексеевна. – Он не хотел идти в бомбоубежище, зенитчикам на батарее подавал снаряды. Было ему 16 лет. Похоронили его в тот же день в воронке от авиабомбы...

Смерть была в горящем Сталинграде на каждом шагу – Галина Алексеевна вспоминает, как взрывом бомбы близ нефтебазы оторвало голову беременной женщине и как взрывной волной убило второго брата Геру.

– Его изрешетило осколками и перебросило через высокий нефтебак, – тихо рассказывает Галина Алексеевна. – А моя старшая сестра Лида 2 сентября сгорела в доме заживо...

Так в считанные дни Галя у мамы осталась одна.

Галя Марказинова во время лечения в госпитале, 1942 г.

«Мы вас будем стреляйт!..»

Взрослые, оставшиеся в городе, строили на подступах к нему противотанковые заграждения. А Галя вместе с другими детьми из школы № 7 трудилась на нефтебазе. Там вместе с подружкой –одноклассницей Ниной при взрыве бомбы их завалило землей.

– Мы рыли в этот день траншею, – вспоминает Галина Алексеевна. – Думали, если нефтебаки разбомбят, нефть утечет по ней в Волгу. Не тут-то было – все вокруг горело: и земля, и небо, и вода! И вот этой землей  нас с подружкой засыпало.

Спасли военные, случайно оказавшиеся рядом. У Гали  кожа со спины оказалась  содрана сплошь, ноги изранены. У подружки –  перелом позвоночника.  Обеих отвезли в госпиталь возле Центрального рынка.

– Пролежала я там четыре дня, а Нину переправили за Волгу, она навсегда осталась инвалидом, – рассказывает Галина Алексеевна.

Немцы к тому времени подошли к Мамаеву кургану и стали обстреливать поселок, где оставались Галя с мамой. Наши солдаты дали тележку, на которой они «переехали» на улицу Ковровскую, за реку Царицу. Поселились в подвале разбитого дома, близ бывшего кинотеатра «Допризывник». За водой ходили на Волгу, а на разбитый элеватор – в надежде отыскать обгоревшее зерно, есть было совсем нечего...

– Бывало, собачью шкуру подберем на улице, добавим немного промерзшей картошки и варим все это, чтобы с голоду не умереть, – рассказывает ужасы сталинградской военной жизни пенсионерка.

Однажды ночью по подвалу, наполненному измученными людьми, зашарили лучи фонариков. Немцы всех выгнали на улицу и построили. Один на ломаном русском сказал: «Кто коммунисты, шаг вперед, мы вас будем немножко стреляйт!» Галя вцепилась в руку матери – знала, что в сумочке лежали документы отца-коммуниста. Но мама ухитрилась выбросить сумку в окно…

Наутро немцы, выстроив  людей в колонну, повели под конвоем в направлении на запад. Раненых при обстрелах и авианалетах конвоиры добивали на месте...

В Белой Калитве Ростовской области встретили сталинградцев украинские полицаи с собаками, зверствовали они еще хуже немцев, вспоминает Галина Алексеевна. Ее с мамой поселили в здании бывшего птичника, обнесенном колючей проволокой. Спали кто на нарах, кто на земле, на соломе, раз в день их кормили баландой.

Здоровых, крепких девушек и женщин отправляли из лагеря в Германию. Больных не лечили – отводили в дальний барак и оставляли. Позднее там их заживо сжигали…

Мама Гали, заболевшая в лагере дизентерией, чудом не угодила в тот страшный костер. Спасли соседи по нарам: при обходе барака полицаями заваливали ее соломой и прямо на ней сидели, будто на подстилке.

Галина Марказинова трудилась на восстановлении родного города в одной их первых бригад черкасовского движения.

Возница без ноги

Весной 1943-го бойцы  нашей наступающей армии освободили невольников из плена. Галина вместе с матерью вернулись в родной город, который был буквально усыпан трупами погибших. 13-летние школьницы вытаскивали тела и хоронили...

– Много было убитых, – вспоминает Галина Алексеевна. – Дали нам подводу с лошадкой, которой управлял возница без одной ноги. Мы, четверо девчат, были похоронной командой. Мороз, но ни варежек, ни валенок у нас не было.

Перед тем как войти в дом, его проверяли саперы – если мин нет, значит, девчонки  вытаскивали из-под завалов мертвых, грузили тела на телегу и вывозили за город.

Немцев и наших хоронили по отдельности. Немцев – в основном в Кишечном овраге, что на пути в нынешний поселок Ангарский. Наших – в воронках от бомб.

Галина Марказинова одной из первых вступила в бригаду знаменитого черкасовского движения: трудилась на восстановлении зданий главпочтамта, Центрального универмага и других близлежащих домов.

Александру Черкасову и по сей день помнит хорошо, хоть и работали на разных объектах. Бригада Черкасовой – там, где сейчас пл. Ленина, а Галина – на участке от железнодорожного вокзала до набережной.

Галина Марказинова трудилась на восстановлении родного города в одной их первых бригад черкасовского движения.

***

...Галин папа дошел до Кенигсберга и вернулся с фронта в 45-м. А его дочь после войны трудилась в родном городе. Была заведующей предприятием, три медали «За доблестный труд» получила. И сегодня не сдается годам и невзгодам. Говорит, характер у нее  – сталинградский.

Понравился материал? Поделитесь с друзьями!

Прочитать ещё

15 декабря 1942 года саратовский колхозник Ферапонт Головатый передал государству личные 100 000 рублей на постройку боевого самолета. По возрасту Ферапонт Петрович, участник Первой мировой и Гражданской войн, Георгиевский кавалер, не подлежал призыву в армию. К тому же, на его попечении оставались девять внуков. Тогда он решил помочь армии материально.
19 марта 1906 года императором Николаем II был издан указ «О классификации военных судов российского императорского флота». В соответствии с ним были созданы подводные силы Балтийского флота с базированием первого их соединения на военно-морской базе Либава (Латвия). День этот, 19 марта, отмечается теперь в стране как День моряка-подводника. Многие наши земляки служили на подводном флоте СССР и России. С одним из них, капитаном третьего ранга Андреем АНАНЬЕВЫМ, встретился обозреватель «Сталинградской правды» Александр ЛИТВИНОВ.