75 лет назад здесь на пути врага встала насмерть легендарная дивизия Людникова. Тридцать суток в условиях практически полной изоляции воины дивизии защищали волжский берег. Спустя годы на месте героической обороны появился мемориал. И, хотя он находится в стороне от популярных туристических троп, это нисколько не умаляет его значения - он не менее важен, чем прославленный Мамаев курган. Приглашаем наших читателей на фотопрогулку по осеннему Острову Людникова.

 

Руины бывшего дома директора завода "Баррикады", который в ноябре-декабре 1942 года стал командным пунктом 138-й сд И.И. Людникова

 

Схема обороны 138-й Краснознаменной стрелковой дивизии в 1942 году

 

Памятный знак, установленный на месте боев, с табличкой, на которой описан подвиг воинов дивизии.

 

 

Стела, установленная на братской могиле воинов. Всего на территории мемоприяльного комплекса находится три братских могилы. Точное количество захороненных в них бойцов неизвестно.

 

 

Вторая братская могила с установленной на вершине стелы красной звездой.

 

Братская могила воинов-связистов. на заднем плане - захоронение ополченцев, которые погибли в боях за родной завод.

 

10-метровый православный крест, установленный в 2008 году 65-летней годовщине разгрома немецко-фашистских войск под Сталинградом.

 

Танковая башня на постаменте, обозначающая передний край обороны.

 

 

Автор фото: Сергей Григоренко.

 

Прочитать ещё

23 февраля 1991 года, в День Советской армии, на позиции сирийских ПВО приехали мухабаратчики – сотрудники особого отдела армии этой страны. Троих советских военных советников они без всяких объяснений доставили в Дамаск, в кабинет министра обороны генерал-майора Мустафы Тласа. Там же находился президент Сирии Хафез Асад. По его поручению Тлас зачитал указ о присвоении этим троим советским офицерам званий Героев Сирии. Одним из них был волгоградец майор Валерий Стариченко.
…По ту сторону фронта немецкие офицеры вскрыли пакеты с боевыми приказами. «От винта!» – закричали мотористы на полевых аэродромах. Танки заправились горючим, завыли моторы, башенные стрелки сели у орудий. Моторизованная пехота, придерживая автоматы, садилась в бронетранспортеры, радисты в последний раз проверили аппаратуру. Фридрих Паулюс, как механик, запустивший сотни колес и колесиков, откинулся от стола и закурил сигару, ожидая, когда опустится на Сталинград тяжкий топор немецкой войны. [4, с. 151].