Хотя история и не знает сослагательного наклонения, можно утверждать, что именно 19 ноября наступление могло не начаться. Ответственнейшее решение о наступлении принял командующий Юго-Западным фронтом Николай Ватутин.

Снег и туман

Буквально за неделю до этой даты – а именно 12 ноября – Иосифом Сталиным было отдано распоряжение представителю Ставки ВГК генералу армии Георгию Жукову о задачах авиации в ходе предстоящей стратегической наступательной операции. Верховный Главнокомандующий говорил более чем конкретно:

«Если авиаподготовка операции неудовлетворительна у Иванова и Федорова, то операция кончится провалом. Опыт войны против немцев показывает, что операцию против немцев можно выиграть лишь в том случае, если имеем превосходство в воздухе».

Генералов «Иванов» и «Федоров» никогда не было в Красной армии – это псевдонимы командующих фронтами генералов Андрея Еременко и Николая Ватутина в секретной переписке фронтов со Ставкой Верховного Главнокомандования.

Указание Верховного генерал Жуков наверняка довел до командующих фронтами.Говорят, что погода была тогда очень туманная, совсем нелетная. Это нарушило план: при прорыве обороны пришлось отказаться от применения авиации.

Операция "Уран"

Объяснять, какими могут быть осенние туманы, волгоградцам не приходится. В книге «Отечественная артиллерия. 600 лет» находим подтверждение:

«Обильный снегопад и туман 19 ноября 1942 года, по существу, исключили действия авиации».

По плану контрнаступления начинать его должен был Юго-Западный фронт, которым командовал генерал-лейтенант Николай Ватутин.

«Что будем делать, артиллерист?»

Через много лет командующий артиллерией Юго-Западного фронта, только 17 ноября 42-го получивший звание генерал-лейтенанта, Михаил Дмитриев вспоминал, что в ночь на 19 ноября он спал часа полтора, не более. В шестом часу утра уже был на командном пункте. Увидев его, командующий фронтом Ватутин обратился: «Что будем делать, артиллерист?» Обстановка была самой сложной и напряженной.

Генерал-лейтенант Николай Ватутин

Возможно, этот вопрос Ватутин задавал больше себе. Конечно, был уже не 41-й год, когда за неудачи на фронте советских генералов сразу объявляли предателями, вредителями и расстреливали. Однако «тяжелую руку» Сталина Ватутин знал. Но это, наверное, была лишь небольшая часть вопроса.

Николай Ватутин участвовал в Гражданской войне. Окончил академии имени Фрунзе и Генштаба. Еще до войны, несмотря на молодость, был начальником штаба Киевского особого военного округа. Великую Отечественную встретил в должности первого зам-начальника Генштаба по оперативным вопросам и устройству тыла. Был начштаба Северо-Западного фронта, замначальника Генштаба по Дальнему Востоку, командующим войсками Воронежского фронта. Ватутин был одним из тех 
военачальников, кто в полной мере понимал важность происходивших событий.

На разработку и подготовку стратегической наступательной операции «Уран» под Сталинградом было затрачено много сил всей страны. Вся организация проходила в обстановке строжайшей секретности. Вплоть до 19 ноября 1942-го противник даже не догадывался о планах советского командования.

Так вот тогда, в ночь на 19 ноября 1942 года, Михаил Дмитриев ответил Николаю Ватутину: «За артиллерию фронта спокоен. Она не подведет». У него был и еще один важный аргумент: «Да, погода нам многое подпортила. Но и противник не поднимет в воздух свои самолеты».

Как пишут, «после этих слов командующий фронтом принял ответственнейшее решение: «Начинать!» Принятие такого решения стало началом срочной работы штабов – часть задач по огневому поражению противника от авиации была переложена на артиллерию.

Наступление без авиации

Очевидно, что значительно вырос расход боеприпасов. Но операция была так искусно спланирована, что и запасы всех калибров у наших артиллеристов были заблаговременно не только созданы, но и доставлены непосредственно на огневые позиции. Советские войска имели 5888 орудий и минометов против 4360 у немцев и их союзников. И такое преимущество в артиллерии позволило обеспечить разгром противника.


Генерал-лейтенант Михаил Дмитриев

Наши летчики смогли принять участие в боевых действиях 19 ноября лишь на нескольких и весьма ограниченных участках. В учебники по военному делу контрнаступление советских войск под Сталинградом вошло как единственная в истории всей Второй мировой войны стратегическая операция, которая начиналась без участия авиации в огневом поражении противника.

Блестящие действия советской артиллерии не остались незамеченными. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21.10.44 именно в этот день был установлен праздник День артиллерии – первый воинский праздник в СССР.

И если говорить прямо, началом успешного контрнаступления в Сталинградской битве все мы обязаны двум легендарным военачальникам – генерал-лейтенантам Николаю Ватутину и Михаилу Дмитриеву.

Понравился материал? Поделитесь с друзьями!

Прочитать ещё

В Государственном музее истории российской литературы имени В. И. Даля (Государственный литературный музей) в Москве проходит выставка, посвященная 75‑летию великой битвы на Волге – «Город гнева: Сталинградская битва в литературе». Экспозицию изучил наш военный обозреватель Александр ФОЛИЕВ.
Есть такая наука – ономастика. Изучает она имена и фамилии. Наш военный обозреватель Александр ФОЛИЕВ на ономастике не специализируется. Тем не менее, часто обращаясь к сайтам Минобороны РФ «Подвиг народа» и «Память народа» в поисках данных о солдатах и офицерах Великой Отечественной, собрал свою «фамильную» коллекцию участников Сталинградской битвы.